21/07/21 Автор: Johnny Fist

Одинокий распутник

Героя этой истории будем называть Филипп, чтобы не было возможных параллелей с людьми, которые читающий или читающая могут провести. Он, мужчина не первой красоты, но и не последней. Высокий, хорошо сложенный, но при этом очень ранимый. Даже можно сказать, слишком чувствительный для своих лет и чрезвычайно внушаемый (внушали ему, а не он). Так он прожил до своих немалых лет, сохранив при этом бодрость духа и чистоту сознания. Чего ему еще удалось сохранить с юных лет, когда мальчики плавно перерастают в мужчин, это порочность мысли и похотливость взглядов. И именно этот аспект его натуры и послужил для этой истории (а возможно, и дальнейших). Чтобы долго не вводить в курс дела и не тратить время на предысторию, перейду сразу к сути.

Филипп любил одну женщину. И казалось ему, что любовь была взаимной. Они много времени проводили вместе (и днем, и ночью), тешили друг друга разными подарками и угадывали желания друг друга. Оба были не особо прихотливыми. Ей хотелось внимания днём, а ему – ночью. Вот так они и существовали. Но у Филиппа, как было написано выше, был один порок – он был влюбчивым. Он влюблялся практически во всех женщин, которых встречал. Даже если вскользь, он тоже в них влюблялся. И проводя время со своей единственной, он умудрялся думать о других. Причем дело иногда это вслух. Перейти в наступление, как говорится, и кинуть благоверную, чтобы пойти во все тяжкие, он не решался. Он боялся, что и этого он может потерять. Он, как грибник, радовался одному белому грибу, а не трём десяткам других грибов, название которых он не знал. А потому всех он приписывал к мухоморам. Так и женщин. Он их любил, но особой любовью – Филипповской.

Случилось однажды ему стать жертвой такой девицы. Едя в маршрутке, он краям глаза завидел мадам, которая сразу же пленила его сердце, как Пушкина девицы в 19 века. Только стихами свое восхищение он не мог написать. А просто уставился на неё и «пилил» взглядом. Мадам это увидела. Другие на её месте конфузятся. А это была не робкого десятка. Если мужчина на нее смотрит больше пяти секунд, значит у мужчины есть намерения, пусть и не серьезные. А значит она сама должна перевести повод (коим она считала себя) в предлог. А предлог в действие. А действие в результат. Она не стеснялась и сама жила по такой формуле. Поэтому, когда Филипп на восьмую секунду отвел от неё взгляд, посчитав, что «с неё достаточно», она, не став медлить, сама подошла к нему. Протянула руку, представилась, спросила чем он занимается и предложила выпить кофе. Филипп, как я уже писал, был не из тех, кто переводит зрительное увлечение в физическое. Она даже стеснялся этого. И когда мадам задавала ему все эти вопросы, он только смотрел на неё влюбленными глазами и нечленораздельно отвечал. После предложения кофе, которое было вызвано именно его взглядом, он поспешил выйти из маршрутки, не доехав добрых три километра до пункта назначения. Маршрутка тронулась дальше с мадам, а Филипп, отдышавшись от такого волнения, пошел пешком по маршруту, фантазирую чтобы он с ней сделал. Так бывает, что фантазии радуют больше реальности.

В следующий раз, когда Филипп показал распутство своих взглядов (а точнее взгляда) было, когда он зашел в кинотеатр со своей единственной истинной любовью. Пока благоверная посещала дамскую комнату, он пошел приобретать билеты. И дерни его стать в четвертую кассу. Когда подошла его очередь, за кассовым аппаратом стояло небывалой красоты девушка (по версии Филиппа). В сердцах он влюбился. Его взгляд и полная любви улыбка остались на лице у кассирши. Его уши не слышали её вопросы. Он просто поглощал её взглядом. Она, вероятно, стрелянная таким вниманием (сколько через кассиров кинотеатров «проходят» за год людей сам Бог не знает), не особо реагировала на пёстрость его взгляда, а только продолжала задавать вопросы. Наконец-то услышав её голос, он вернулся в бренное тело и обозначил свое желание приобрести два билета на сеанс. Выписав ему два билета и получив взамен деньги, она только сказала: «Следующий!». Филипп отошел к своей благоверной, всё так же тараща глаза на кассиршу.

Фильма он уже не видел. Даже смотря на большой экран, перед его взором снова и снова появлялась она – кассирша. Зная, что она находится за дверью, он «отпрашивался» у своей благоверной в туалет. Затем выходил в вестибюль и прячась ща колонной, смотрел на неё – на кассиршу. Таких выходов за полуторачасовой сеанс было ровно шесть. Это побудило в его благоверной мысль, что проблема может таится в простате. После чего она настояла записать его к урологу, что сама и сделала. Так как записывала она и ему категорически не хотелось её огорчать, а так же зная, что будет полный контроль, и что он, если пропустит, попадет к ней в немилость (а она, напомню, белый гриб и других грибов он не хотел собирать). Поэтому он пошел.

Мало кто слышал, чтобы уролог была женщиной. Все привыкли видеть в кресле писькеного доктора именно волевого мужчину, который может по одному внешнему виду (и я сейчас не про лицо) определить прошлое, нынешнее и будущее показываемого объекта. Но Филиппу не повезло (а может и очень повезло). Его урологом оказалась женщина, в которую он, как вы можете догадываться, тут же влюбился. Пока проходило интервьюирование и заполнялись протоколы, он смотрел на неё с полными похоти глазами и охотно отвечал на все вопросы. Он словно был в какой-то сказке. В голове крутилась мыль: «Боже, какая же она красивая». Мысль потихоньку притупилась, как только женщина-врач надела одноразовую перчатку и попросила снять трусы. Филипп тут же снял с лица улыбку, похотливый взгляд и накинул красного цвета. Он совершенно забыл что его ждет. Он опять нечленораздельно начал бормотать, что всё это не надо, что это ошибка и просто его благоверная поспешила с выводами. Потом от конфуза он выбежал за дверь. Ему было жарко. С него тек пот. Но в глазах по-прежнему была врач. «Боже, какая она красивая». НА секунду в глазах его промелькнула благоверная и он понял, что совершает жуткую ошибку, так сильно подводя свой «белый гриб». Собрав себя в руки Филипп зашел в кабинет.

Не сказав не слова, он выдохнул, закрыл глаза и тут же опустил трусы. Он ждал. Это время казалось вечностью для него, пока доктор снова наденет перчатку, подойдет к нему и возьмет его за половой член (боюсь, что именно так в медицинских книгах называется этот орган, а потому художественного заменителя найти не пришлось). В голове у Филиппа пробегали самые разные мысли. От прощения до прощания. Наконец она взяла. Он всхлипнул. Он чувствовал, как её рука оголила головку и повертела орган, чтобы осмотреть на наличие пятен. «Прекрасно», - сказала она. Филипп воспрял духом, но глаза побоялся открыть. Он боялся, что если он на неё взглянет, все его настроения и мысли на счет неё тут же проявят себя у неё же в руке. Он этого очень боялся. Но после её комплимента, он воспрял духом. Она сказала, что нет проблем с его половым членом и предложила опереться об кушетку и нагнуться. Сама же пошла смазать малец гелем. Филипп в секунду вспотел. С трудом перебирая ногами он дошел до кушетки и выполнил всё в точности, как сказала она. Ее палец «пробил брешь». Теперь Филипп просто не мог не открыть глаза. Он был восхищен, возмущен, напряжен, покорен и польщен. Как в нем все это сочеталось не знал даже он. Он таки посмотрел через плечо на нее. В такой позе (я имею ввиду напряжения, с пальцем у его простаты) она ему казалась Богиней. Он тут же забыл про «белый гриб» и сказала себе, что иногда и «шаурмой хочется грешить». В его голове витали самые разные мысли и все касались доктора. Её палец покинул его анус. «Прекрасно», - снова повторила она.

«Прекрасно», - сказал Филипп, пиля её взглядом и улыбаясь. «Какой красивый у вас голос», - продолжил он, совершенно забыв, что он почти голый.

Она сказала ему одеваться. Далее резюмировала, что с ним все хорошо и визит был скорее профилактическим, чем таковым, который подтвердил подозрения благоверной. Она предложила ему вернуться через полгода для профилактического повторного обследования. Он не спускал с нее глаз и настаивал, что это слишком редкая профилактика. Требовал её раз в неделю. Потом он говорил, что часто мерзнет, на что она ему предложила делать это реже. В общем, он не хотел уходить, а она уже не знала как от него отделаться.

Филипп в конце концов вышел на улицу и еще до вечера стоял под её окнами. Благоверная сама ему позвонила и порадовалась за него, что с ним всё прекрасно. Это был первый раз в его жизни, когда он сожалел, что с ним всё прекрасно. Он хотел, чтобы с ним всё было по этой части плохо, очень плохо. Тогда бы он мог стать стационарным пациентом этого доктора, чье имя он даже забыл. Но это было не важно. Он был влюблен по самые…вот по тот уровень, по который она вставила ему руку.

Филипп ушел, но как целенаправленный робот-убийца обещал вернуться. Ему захотелось грибов. Он зашел по дороге домой в магазин и купил грибов, которых никогда ранее не покупал. Он посчитал, что если пришло время менять поляну, то надо понять что растет на другой. А вдруг всё не то!