В тот момент, когда она раздвинула ноги, я не заставил себя долго ждать. Я воспринял это как приглашение, которое не обязывало меня ни к чему более, чем незамедлительным действиям.

Прежде, чем перейти к кульминации этой истории, я, как полагается, представлюсь. Меня зовут Джозеф МакБрайт. Я частный детектив из Филадельфии. Вы сразу подумаете, что я из тех смазливых набриолиненных служителей правопорядка, которые одним своим видом «убивают наповал» одиноких мамочек за 40-к и у которых что не дело, то романтическое приключение с happy end-ом. Увы! Я не таков.

Я снимаю офис на 7-й авеню, а Богом забытом доме на втором этаже. Да и держится эта конструкция только на голубином помете. Даже мне в окно иногда «залетает.

Много ли я зарабатываю? С трудом хватает оплатить аренду офиса и моей захудалой квартиры, в которой отдыхает мое изнеможённое тело после очередного неудачного дня.

Таков я – частный детектив Джозеф МакБрайт. И да, я ирландец по происхождению.

У вас может возникнуть вполне логичный вопрос: а как же я оказался в таком интересном положении, описанном выше. Тогда перейдем прямиком к делу.

Это вам не Шерлок Холмс и даже не окружной участок полиции. Я делам номера и кодовые клички не присваивают. Они просто есть и точка. Даже три…точки.

А теперь к делу!

Осень. Вечер. Мои глаза уже слипались и с минуты на минуту я планировал покинуть офис. Но тут раздался стук в дверь.

- Джимми, ты зае**л своими под***ми. Здесь шлюх нет! – быстро по привычке сказал я.

- Вот и хорошо, что нет. Иначе нам трудно было бы говорить.

В дверь вошла эффектная барышня, которая явно ни в чем не нуждалась. Чего не сказать было обо мне.

Я молниеносно принес извинения, пригласил войти и наполнил стаканы скотчем, один из них протянув вошедшей.

Она на меня уставилась с явным непониманием.

- Простите! Привычка! – понял я свою оплошность и забрал у нее бокал.

В последние годы сюда заходили только нищие и пьяницы, которые в меньшей степени искали истину, а большей – просто хорошую компанию за бокальчиком пятидолларового скотча. Я и сам не против такой компании.

Поставив бокал на место, я стал внимательно слушать. Как бы мне не хотелось, чтоб она залезла под стол и сделала то, о чем мы с вами подумали, мои желания и ваши надежды остались при нас.

К делу.

Она – состоятельная вдова. Ну конечно. Классика жанра. Он – сексуальный итальянец.

Я что в фильме?!

Он был с ней, она с ним…все дела…туда-сюда…тру-лю-лю тра-ля-ля.

Кинул.

Забрал дорогой жемчуг и испарился.

Где невинность? Где итальянец? Где еще скотч, так как я свой уже допил?

Налил еще.

История прозрачна, как трусики проститутки.

Итог: «Не могли бы найти?»

По фабуле все понятно. По деталям – есть вопросы. Она поняла по моему взгляду, что я хотел сказать. Легким движением руки она открыла свою сумочку Луи Виттон, которая стоила как моя полугодичная аренда, и положила на стол конверт солидного размера.

Деньги!

Вот та точка, когда в жизни все поменяется.

Но была одна проблемка. Маленькая, но весомая. За последний год я раскрыл только одно дело и то, в котором сам же был подозреваемым. По-пьяне бывает. А тут дело штук на 10 зелени. Кто ж откажется?! Я – точно нет! Налил себе еще скотч. Выпил.

Ладно. Начну, а там будет видно.

- Есть у Вас его фотография, данные? – спросил я в ожидании чуда.

Она помялась. Стало понятно, что если что-то есть, то крайне немного.

Тем же легким движением руки она открыла свою сумочку и достала…далеко не свежие и явно выявлявшие мужскую принадлежность белые трусы. Очевидно, что свой девственный цвет они потеряли на следующий же день после одевания(а это было не вчера). Но именно они легли на мой стол рядом с конвертом. Черт! Краешек «улик» лег на краешек 100-доларовой купюры. Именно «тем» местом. Не выкидывать же теперь купюру.

- И это все? – спросил я в надежде.

- Все! – ответила она.

Не густо!

Стало сразу понятно, что в трусах она этого «преступника» видела всего однажды. Все остальное время мимо ее глаз мелькал только его кожаный палаш.

На вопрос о внешних приметах отвечала сбивчиво и все сводила к тому же месту, которое какое-то время ранее мелькало у нее в глазах.

Улик было мало. Крайне мало, если не сказать, что ни одной. Грязные труселя я не стал брать в расчет. Ищейки у меня не было, а сам я нюх потерял еще колледже, когда на спор засунул в ноздри фасоль. Проросла, с**а, и весь нюх испортила.

Но не отказываться же от денег.

- Я берусь! – ответил я, протянув гостье руку.

Она робко встала и пожала мне руку.

Нерешительно спросила:

- А можно я оставлю…ЭТО себе?

И взглядом указала на трусы.

Я не хотел ее еще больше огорчать (а в глазах читался траур по…), а потому утвердительно кивнул головой.

Она забрала их со стола и с моих денег. Поблагодарила и удалилась.

Закрылась дверь за ней.

Один… два…три…десять!

Я всегда считаю до десяти, когда уходит клиент. Именно столько времени надо, чтобы начать радоваться.

Десять!

Юххххууууууу!

От радости я скакал, как конь, подкидывая деньги и запивая одним за другим стаканами скотча. Гадость, но свое дело знает.

Пора вылить эту мочу и купить себе нормальное пойло – подумал я.

Убирая подробности…я всю ночь пил.

Утром башка раскалывалась. Как я провел ночь? Судя по всему, хорошо. И я все еще в офисе. Кругом срачь. Денег явно стало меньше. Плохой знак. Закономерный, но плохой. Выпить…надо срочно что-то выпить. Кругом мусор и окурки. Узнаю себя.

Самое время браться за дело.

С чего начать? Не с трусов же! Они много не дадут. Только то, что их хозяин весьма неряшлив.

Телефон. Ее номер, имя и фамилия написаны на визитке.

Снимаю трубку и звоню Френку. Он все про всех знает. Вкратце пересказываю историю ее жизни. Богатый старый х*р, она молодая, провела его последнюю эрекцию в последний путь, а затем и его самого. Как говорится: «Зае***а до смерти». Он оставил ей кучу денег, а сам отправился в лучший мир.

От Френка я узнал где она живет и решил, что лучшим будет, если я сам к ней наведаюсь и установлю слежку. Я ведь детектив, черт побери.

Встав из-за стола, я направился к выходу.

Стоп!

Где мои штаны? Где трусы? Что за черт?

Повернув голову, я обнаружил свои трусы на стене. Сверху красной помадой написано – улика!

Ага! Конечно! Это улика лишь того, что я давно в прачечную не ходил.

Мне стало интересно, смог бы я по этой улике выйти хотя бы на самого себя?

Нет. К черту. Надо гнать такие мысли.

Мысль была хорошая, однако надо было спешить, а то бы еще кто-нибудь вые**л несчастную жертву итальянца.

Натянув лже-улики на себя, отыскав штаны, я в полном «обмундировании» поехал искать злосчастного насильника-ворюгу.

Три часа спустя

Я возле ее дома. Не сказал бы, что на улице сильно жарко. Кусты давно не подрезали. Дом шикарный. Окна большие. В таком особняке даже Президент жил бы в свое удовольствие.

О! Она! На ней полупрозрачный пеньюар. И никакого нижнего белья.

Я задумался. Что это мне напоминает? На мне шляпа, плащ и я в кустах подглядываю за полуобнаженной женщиной. Я точно детектив? Надо срочно поменять дислокацию, пока меня тут не заподозрили. Хотя, если заподозрят, будет возможность оправдаться.

Начал обходить дом. Искать место поудобней.

Стоп!

Что это? В доме движение. К ней, к этой слабой женщине, сзади крадутся сразу два афроамериканца.

Это ограбление! Обязательно с изнасилованием, не иначе!

Они точно хотят воспользоваться женской слабостью и поиметь ее…вернее, ее деньги!

Я выхватываю свой револьвер. Мчусь к входной двери. В этот момент один из грабителей хватает ее за шею и кидает в кресло. Со второго вдруг спадают тугие шорты (чистильщик бассейнов?).

Я запутался плащем кустах.

Неожиданно и со второго спадают шорты.

С меня спадает плащ, но совершенно по иной причине.

Они, полуголые ворюги, нависают над нежным белым телом. В ее речах четко читается: «Нет! Нет! Нет!».

Я уже без плаща. Почти у двери. Собираюсь вбежать и задать по самой букве правосудия, как тут…

Одну минуточку. Что это? Она сама, произвольно, хватает руками одного их них за «подтрусный агрегат». Мстит!

И-и-и. Какая-то странная это месть.

Нет-нет-нет. Как часто я ошибаюсь, но, к сожалению, не сейчас. Все стало очевидно. Это не гастролеры, а приглашенные гости. Дальнейшее слабо нуждается в описание.

Дело стало «в конец» запутано. Понятно одно. Это хрупкая женщина никак не может свести концы с концами. Ее жизнь пуста. И судя по присутствующим, она не любит, когда у нее другое место пустует.

Но что это?! Кто это там на заборе подглядывает? Так, Джозеф, успокойся и возьми себя в руки. Если сейчас тот тип окажется тем, кого ты ищешь, тебе перепадёт лишняя тыщенка и, возможно, еще кое-что.

Я поднял пистолет. Начал обходить дом. Как бы я не старался, взгляд к сцене, где две черные шашки загоняли белую в дамки.

Джозеф! Джозеф! Джозеф, соберись. Плевать, что у тебя давно никого не было. Прихлопнешь этого и разгуляешься. Дом престарелых никто не отменял.

Я продолжаю движение к забору. Не свожу взгляда с этого парнишки в робе уборщика. Забор отгораживает участок и территории прислуги. Так кто же он? Прислуга? Похож. Разве он это впервые видит?!

Черт! Какой высокий забор. Так и не перемахнуть. Я тихо подкрадываюсь к нему. Черт! Как же высоко. Прячу в кобуру пистолет. Аккуратно лезу вверх. Твою мать! Штаны зацепились за какой-то сук.

- Отпусти, с*ка! – крикнул я случайно вслух суку.

Он услышал меня. Не сук, а этот любопытный парнишка. Оказался мобильным этот тип. В два прыжка оказался на земле, с другой стороны. Побежал!

Штанина! Штанина еле порвалась. Я снова на земле, но уже, с другой стороны. Пистолет выпал из кобуры. Поднимаю и бегу за убегающим.

- Стой! Я сейчас отстрелю тебе яйцо! – крикнул я.

Он не остановился. Надо менять фразу. Никогда не работает.

Погоня. Ненавижу погони. Он еще и явно быстрее. Оббежали дом. Он легко перемахнул через еще один забор и дает деру. Я не такой пластичный.

- Стой! Тут забор! – крикнул я.

Идиот! Зачем я это крикнул? Он же только что через него перелез.

Но именно эта фраза заставила его замешкаться и посмотреть на забор. Привычка, что уж тут. Сразу стало понятно.

Великолепная фраза. Дебильная, но работает.

Его раздумья дали мне время перелезть через забор и сократить расстояние.

Горка вниз. Деревья, кусты. Он грациозно сбегает вниз. Я, как хромая кобыла, цепляясь за каждое препятствие, тем самым больно ударяясь, поступательным движением движусь вниз. В следующий момент ударяюсь больно рукой, в которой пистолет, об дерево. Выстрел. Непредвиденный ни мной, ни им.

Шальная пуля угодила беглецу в жопу. Крик. Падение. Мне показалось, от переживаний, что застрелил, я чуть не обосрался. Но повезло, что мысль была секундной.

От радости мчу вниз. Вот она моя добыча. Не замечаю, что под ногами. Да и все равно. А не тут-то было. Прицепляюсь за куст, спотыкаюсь и кубарем качусь вниз.

Так вот оно как…катиться вниз.

Спасибо, что меня остановила…раненная жопа. Последним пунктом вращения оказалась ровно подстреленная жопа, в которую я угодил прямиком носом. Непредвиденное, как говорится, обстоятельство.

Раздался крик. Сперва его, потому что я угодил в больное место. Затем мой, потому что было обидно на душе.

Но что это…Из—под робы, в которой находился этот парнишка, через свежесозданную дырку я распознал трусы, которые накануне выдел у себя на столе. Не может быть со мной такого счастья. Так быстро и раскрыть преступление. Я ли это?!

Поднялся. В руках пистолет. Наставляю на него. Он переворачивается. А-а-а. Итальянская рожа.

С пулей в жопе и с дулом у виска он мне все и выложил.

Оказалось, что он работает садовником у той самой жертвы, которую сейчас «на горе» обслуживают другие работники сопроводительных служб. Он, зная о слабости своей хозяйки, одолжил у кузена смокинг и авто, и под видом богатого итальянца залез к ней в постель. Хотя это было, как вы понимаете, совсем не трудно.

- А драгоценности? – спросил я.

- Какие драгоценности? – спросил он.

- Те, которые ты у нее украл! – ответил я.

На что он ответил, что не крал их. Просто многие драгоценности, которые покойный муж ей дарил, он, после смерти, переписал на свою кошку. Филателист, сраный. С кошкой ничего сделать нельзя было, потому что в случае смерти все это бы досталось Благотворительному фонду. А своей благоверной он оставил дом и средства на его содержания. Не более. Поэтому она придумала такую схему. Под видом, что драгоценности похитили (а на самом деле их никто не похищал), она затягивала к себе в постель первого попавшегося, приводила в дом, и якобы, под видом грабежа, оставляла все драгоценности себе. А он стал одной из таких «жертв».

Дело стало приобретать неожиданный поворот. Все идет к тому, что я мог раскрыть темную схему, которая бы мне сулила не только большие деньги, а и восстановление в полиции. Но спешить не стоило.

Я поднял этого «Марио» с земли и повел его в дом.

Через окно я заметил все тех же двух «гроссмейстеров», правда изрядно вспотевших. Каждый из нас потел по-своему. Пора было заканчивать этот спектакль.

Постучал в окно. Картина еще та, конечно. Я, весь грязный, с изорванными штанами и пистолетом, и «Марио», с окровавленной рабочей робой.

Наша бедняжка резко сдвинула ноги, накинула халат и побежала перепуганная к дверям. Меня, при всей странности вида, она узнала.

Дальше я начал отрабатывать заплаченные мне деньги. «Наездников», к ее сожалению, пришлось отпустить.

Я все ей рассказал. И «Марио» она узнала. И в схеме своей призналась. Оставалось решить, что делать дальше. К «Марио» у нее уже не было никаких претензий, а потому его я отпустил в больницу. Но оставался один вопрос открытым: что делать с ее темной схемой? Если это довести до суда, ей светит лишения всего состояния и еще пару-тройку годков посидеть за мошенничество. Все зависело от меня. От моего решения. Теперь я был хозяином ее жизни. Я, как человек, с которым всегда можно договорится, замолчал, предоставив ей право озвучить цену.

В тот момент, когда она раздвинула ноги, я не заставил себя долго ждать. Я воспринял это как приглашение, которое не обязывало меня ни к чему более, чем незамедлительным действиям.

Вот так вот и закончилось это расследование. Все остались довольны. А я даже немного больше. Так мне еще никогда не фартило. Денег на какое-то время хватит. А там будет видно. Может в скором времени частного детектива Джефа МакБрайта ждет новое дело!

Wait and see!